Добро пожаловать на KELMORA!


Игровая дата: лето 1246 г.п.к.

Их основная цель — защита народа и государства в целом. Мужчина это понимал. Он был готов к возможным ранениям и даже смерти...[продолжить]

Kelmora: End of the era

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Kelmora: End of the era » The flames that shot so high » Единенье желаний [06.06.1246]


Единенье желаний [06.06.1246]

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://i.imgur.com/X24Pyc1.png
Флориан Веларион до 29.06 , NPC

    Небольшой отряд во главе с принцем Кайроном отправляется в Иммерлан для прояснения ситуации, а в столице тем временем король, его верные советники и вассалы просчитывают возможные причины и последствия трагедии. Кто-то во всем обвиняет фиров, а кто-то уверена, что это наказание Единого. Но главный вопрос сейчас в том, как обезопасить столицу от возможной угрозы. В самый разгар оживленной дискуссии в казалось бы охраняемую комнату умудряется проникнуть леди Риаль, которая сочла сложившуюся ситуацию весьма удобной для того, чтобы вернуть распоряжение Его Величества Гаррета.

Задача квеста: Фаворитка всеми доступными ей способами старается добиться беседы с королем и окончательного выяснения своего статуса и положения при дворе и в его сердце, опираясь на поддержку брата. Королю необходимо принять решение какое из решений он должен сейчас принять - успокоить недавнюю возлюбленную или отослать ее.

Отредактировано Enchanter (04-05-2018 22:01:36)

+2

2

Гаррет Домандред, первый этого имени, не желал ничего слышать о каре Единого, ни под сводами Малого Зала Совещаний, ни где бы то ни было ещё. Благословение Единого над древним и благородным домом Домандредов и непрерывная линия королей, славных силой духа и тела — об этом дети их рода узнавали раньше, чем о том, какой рукой держать нож.
Об этом Гаррет напомнил лорду Тибальду со всей ему доступной прямотой, объявив суждение малодушием перед господним испытанием их духа и силы.
Духа, который им пристало соблюдать, и силу, которой они позволили предаваться праздности, когда знамения призывали укрепиться. Ведь не сам собой исчез в заповедном королевском лесу отец правителя. Если это и божьи указания, то они предостерегают и наказывают за мягкосердечие. Их беды — происки врага. И враг этот всем известен.
Такие слова от лорда Людвига королю нравились больше. Он мысленно поблагодарил мудрого тестя за эту речь, лишившую его возможности развить тему с богоизбранностью, которая неизбежно привела бы к мыслям о его наследии, которое остаётся лишь в маленьком Гаррете. И это никак не похоже на божественное благословение.
Лишь бы Маред принесла сына, и тогда любая живая душа словами о божьем наказании прорежет себе язык до корня сей гнусной ложью.
Впрочем, слова советника, хотя и находили горячий отклик в душе Гаррета, всё же призывали к немедленным действиям и были чересчур резки. Не оттого ли, что владения лорда Людвига находились от столицы в сторону Иммерлана?
Король слушал с непроницаемым лицом, затемнённым скорбью по пострадавшему городу и обещанием справедливого возмездия виновным.
— Не секрет, что людоеды, достаточно опасные, чтобы прорваться за стены города, рождаются лишь на землях чародеев, — король выделил неодобрением уничижительное название фиров. — И лишь их воля способна направить безбожных тварей на мирных людей через воды морские.
Отбросим пока волю божью, ведь бодаться с богом куда сложнее.
— Как только вернётся принц Кейрон, мы будем знать, к чему готовить наши земли и как защитить их от порождений безбожия. Но так же мы должны быть готовы заставить угаснуть ту волю, что выбирает для них целью эйсгардские города. Лорд Флориан, сколько времени нам потребуется, чтобы снарядить флот для ответного визита, если того потребует от нас господь?

Отредактировано Garret Domandred (09-05-2018 09:58:37)

+3

3

Тибальд всегда был идиотом, и сегодня решил не изменять своим привычкам. И дело было даже не в том, что он усомнился в божественном расположении к королевскому роду - да кто, во имя Создателя, не сомневался в этом время от времени, стоило лишь задуматься, кто взойдет на престол после короля Гаррета, подходящего к своему шестому десятку, но все еще не имеющего бесспорного наследника! Но, бубня про наказание, которое послал Эйсгарту Единый, он мешал думать о том, что с этим теперь делать. Как ни крути, этот вопрос был куда как более насущным. Какая-то часть его сознания, которую Флориан обычно называл голосом разума, настойчиво намекала, что лорду, не имеющему наследника, не время проявлять чудеса храбрости и блистать боевым духом, которого у него отродясь не наблюдалось. Пересиди в замке, - говорил он, - это дело королевской гвардии, ну, в крайнем случае, армии, да кого угодно, только не лорда Тенобии. Наверно, он бы даже послушался разумного совета, не будь здесь короля, но Его Величество так вдохновенно взялся за дело, что проявить благоразумие, которое в рядах благородных рыцарей чаще называли неприятным словом "трусость", просто не представлялось случая. Вот если бы идиот Тибальд не встрял со своей "карой божьей" в самом начале, то теперь можно было бы подвести короля к мысли о том, что для начала надо бы и в самом деле покаяться, помолиться, благословение получить, а там уж и в бой, если к тому времени твари не убрались бы сами, сожрав того, по чью душу пришли. Шанс, конечно, был невысок, но ведь был же, а что теперь? Только с осуждением качать головой в ответ на любое проявление слабости в час испытаний, и всем своим видом демонстрировать готовность сложить голову за корону, которая с каждым днем беременности королевы становилась еще на шаг дальше от Веларионов. В свете этого геройствовать хотелось еще меньше. Особенно если геройствовать придется не в понятной и обычной войне, а в битве против колдовства, от которого пойди пойми еще чего ждать. Погруженный в свои мысли, Флориан рассеянно кивал в ответ на то, что говорил король, и увы, слишком поздно понял, к чему тот ведет. Не просто война с фирами, а война с фирами, в которой главную роль должен играть флот. Плохо, очень плохо.
- Флот для хм... высадки армии на Лианфир, Ваше Величество?
Сомнение прозвучало в голосе, пожалуй, слишком явно - не лучший способ ответить на прямой вопрос короля, так что Флориан поспешил исправиться, начерно прикинув в уме время. Помножил на два: потребовать господь, конечно может все что угодно, но иногда забывает приложить к своим требованиям такую мелочь, как попутный ветер.
-  Полагаю, несколько недель. К тому же такие приготовления не останутся незамеченными со стороны Агры и Нордхейма.
Надо ли объяснять, что это значит? Флот просто не доберется до острова, весьма назидательно затонув где-то на полпути. Нет, такие кампании не начинают вот так, с наскока. А лишать Тенобию дорогих сердцу и казне кораблей Флориан совершенно не собирался. Выдержав небольшую паузу, он осторожно добавил.
- Но действительно ли корень всех наших бед на острове, сир? Не ведет ли монстров воля тех колдунов, которые уже проникли в Эйсгарт и жаждут укрепиться на наших землях, посеяв смуту и заставив народ усомниться в том, что Единый на стороне королевского дома? Несомненно Лианфир должен быть разрушен, но можем ли мы вести эту войну, не справившись с чародеями, которые подтачивают королевство изнутри? Впрочем, я уверен, Ваше Величество учитывает необходимость покончить сначала с внутренней угрозой.

Отредактировано Florian Velaryon (14-06-2018 19:35:27)

+3

4

Риаль была благодарна за помощь, что леди Майрин оказала ей, покидая храм. Принцесса могла бы сделать вид, что не расслышала отклика или же не решиться бы отпускать от себя охранника, и тем не менее она не поступила так. Не оставила Риаль там - у белоснежной колонны безвольной куклой ждать воли Единого. Веларион была признательна за спасение из обезумевшей от паники толпы. Однако несмотря на все благодарности последние слова блондинки вызывали раздражение и досаду. И с чего все вокруг вдруг решили, что имеют представление о том, что лучше для самой Риаль и что ей стоит делать, а чего нет. Все они могут хоть сорвать голос уговаривая, советуя, предупреждая - Риаль лишь безразлично отмахивалась. Король любит ее и это неоспоримо. Что бы там не шептались, девушка знала, что внезапная холодность и неожиданная беременность супруги Гаррета - лишь еще одно испытание на ее пути, которая девушка одолеет так же как и все предыдущие - с гордо поднятой головой, обаятельной улыбкой и изворотливостью настоящей женщины. Она все еще остается молодой и прекрасной, что время как королева не могла похвастаться этими же преимуществами. Риаль каждый день мучила себя вопросом как же рыжей чертовке удалось вернуть себе внимания супруга. Столько лет наследный принц оставался безразличен к “прелестям” супруг и тут посмотрите-ка воспылал страстью. Веларион усмехнулась и даже эта усмешка на ее пухлых губах выглядела соблазнительно (жаль только полюбоваться было не кому). Она вернет себе внимание и безраздельную любовь Его Величество и рано или поздно займет положенное ей место, а ее сын получит право наследования. Она не сомневалась, что произвести на свет мальчика старая дева уже не способна. Если не получилось за предыдущие пятнадцать лет, не выйдет и в этот раз.
Все еще чувствуя последствия недавнего плохого самочувствия, девушка еще раз недобрым словом помянула шавку, что чуть не лишила ее быть может самой жизни. И в то же время излишняя бледность сейчас могла сыграть ей на руку. Риаль поймала свое отражение в одном из зеркал, когда подобрав пышные юбки быстрой походкой шла в сторону кабинета Его Величества Гаррета. В другое время увиденное ее бы ужаснуло - пропал румянец, а глаза казались неестественно большими и будто бы испуганными. Платье было помято, а надежд поправить прическу не было и вовсе и потому Риаль решительно избавилась от всех шпилек, позволяя шикарной копне цвета воронова крыла свободно рассыпаться по плечам. Гаррету всегда нравилось как ее волосы контрастируют с белизной кожи и сейчас, когда на ней все еще было праздничное платье молочного цвета, этот контраст бросался в глаза особенно сильно. На мгновение задумавшись Риаль все же постаралась принять более испуганный вид, нежели она чувствовала на самом деле.
Приближаясь к королевском укабинету она естественно увидела вытянувшегося по струнке  королевского стражника у дверей. Это не было для нее неожиданностью и Риаль не сомневалась, что несмотря ни на что сможет пройти внутрь.
-Я хочу видеть короля! - голос звучит именно так как хотелось девушке достаточно решительно, но присутствует некоторый надрыв. Она специально говорила громче, чем того допускали правила приличия, чтобы даже занятые спорами, собравшиеся за дверьми мужчины узнали о ее появление.
-Невозможно, миледи. Приказ никого не пускать. Быть может леди придет позже, когда Его величество освободится? - стражник старается быть как можно более вежливым, зная нрав королевской фаворитки, которая хоть и несколько потеряла свое влияние, но все еще была достаточно могущественной дамой при дворе.
-Мне плевать! Позови короля! Я чуть было не лишилась жизни в том безумии, что творилось в храме! -Риаль наступала, добавив в голос чуть больше требовательных ноток и изобразив праведное негодование она решительно сложила руки под полной грудью, всем своим видом показывая, что не сделает и шагу.
Они препирались в таком духе еще около минуты - королевский служащий не смел нарушать полученный приказ, но и грубо указать девушка убираться не мог, а фаворитка все сильнее и сильнее повышая голос требовала немедленной встречи с ее возлюбленным королем. И в принципе Риаль могла бы дойти до того, чтобы попытаться и в обход стражника прорваться в кабинет (не станет же он применять к ней силу, право слово), но заветная дверь все же распахнулась и на пороге показался ее старший брат.
-Флориан, какое счастье, что ты здесь! - Риаль делает быстрый шаг, теперь подчеркнуто игнорируя гвардейца. - Мне необходимо поговорить с королем. Прошу, пропусти меня. Я знаю, что он занят, но у нас никогда не было с ним секретов друг от друга. Позволь мне быть с ним рядом в этот нелегкий для всех нас час!
Ее глаза сияют словно сапфиры и лишь тот, кто давно знает леди Веларион способен разглядеть в глубине этих чарующих озер свернувшуюся тугими клубами злость и предвкушение собственного триумфа.
Именно этого дня она ждала все эти долгие унизительные месяцы - сегодня ей выпал случай показать Гаррету, кто именно достоин носить корону и титул королевы и действительно переживает за страну в столь темный час, а не прячется за позолоченными дверьми и армией стражников.
[NIC]Rialle Velaryon[/NIC][AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0019/89/5a/9-1524931222.png[/AVA]

+3

5

Ответ лорда Флориана не удовлетворил его величество, как жаждущего не удовлетворит глоток из полного воды кувшина, но Гаррет позволил себе насладиться малым, чтобы отставить большее другому времени. О нет, не столь далёкому, как хотелось бы врагу.
Вознамерившись проверить, сколь глубока чаша терпения Эйсгарта и сколь многое может срединное королевство проглотить из желания жить со всеми в ладах или из страха перед объединёнными силами забывших истинного Бога, противник — будь это фиры или хоть сами пустынные духи — жестоко прогадали.
Но равновесный ответ, что загонит богохульников и наглецов есть грязь и скулить в забвение — дело живых.
Пока же стоило позаботиться о мертвецах и тех, кто рисковал к ним уйти. Единый справедлив, но он не помогает бездеятельным.
Кивнув Флориану, Гаррет машинально поискал глазами Кейрона, но вовремя вспомнил, что он должен быть уже на полпути к Иммерлану.
— Даже пустынная собака не гадит там, где живёт. И на их счёт лорд Людвиг уже предоставил нам удовлетворительный план.
Жестом приказав тестю не выкладывать карты — хотя он и не собирался, — Гаррет рассеянно прислушался к слабому шуму за высокими дверьми залы и тут же про него забыл, полагая его всецело заботой стражи, даже раздражения не стоящей.
— Мы отменяем праздничные гуляния в столице. Никто не должен танцевать на трупах эйсгардцев. Лазурный полк, что сейчас стоит лагерем у Королевского немедленно отправится к Иммерлану для помощи с тварями и позже — для помощи пострадавшим… и ради Единого, что там за беспорядок?
Казавшийся незначительным крик в галерее только нарастал, пока не потерял последний покров приличия. Флориан, как обычно подхватив его мысль на излёте звука, уже направился к двери с тем возвышенным выражением лица, что свойственно человеку перед неприятной и неизбежно правдоподобной догадкой. Его величество, вовлечённый в перемешивание ярости и рациональности, не думал о Риаль до тех пор, пока её голос штормовой беспорядочной волной не ворвался в зал совещаний.
Капризы этой женщины перестали казаться ему трогательными — это так. Исполнение её желаний уже не столь тешили его — это правда. Но всё равно смесь государственной заботы и боли прихлопнуло чугунной крышкой болезненной тревоги.
В безопасности ли младший Гаррет? Ответственный за то гвардеец уведомили его о том, что мальчик в порядке, но так ли это? И невредима ли сама Риаль? Перед собой и богом Гаррет не стал бы отрицать, что и она всё ещё занимала место в его сердце.
— В чём дело? — спросил он, возвысив голос, так что его стало слышно у дверей.

+3

6

Показалось, конечно.
Флориан провел ладонью по лбу, удивляясь тому, насколько успел вымотаться всего за несколько часов, если какой-то случайный женский крик - их сегодня Эйсгард, должно быть, наслушается на год вперед - так отчетливо представился голосом сестры, и опять попытался сосредоточиться на том плане, который выдвигал король. Да, разумеется, столица должна послать в Иммерлан войска, и кому-то сегодня будет не до гуляний, но запрещать празднования всем поголовно... Лорд Тенобии плохо разбирался в стратегии, едва ли мог просчитать план крупной кампании и вряд ли с уверенностью сказал бы, каким образом наступление на Лианфир может принести им победу, если даже через море колдуны шутя умудряются нести смуту и разрушения, - но люди... В человеческой природе Веларион кое-что понимал, и хорошо представлял себе, насколько столичным есть дело до того Иммерлана.
Чуть менее, чем никакого. Король мыслил королевскими категориями, и для него проблема в любой провинции его страны была одинаково важна, но простолюдинам было важно лишь то, что у них попытаются отобрать их священное право опустошить свои скудные запасы еды и выпивки, а потом устроить на главной площади танцы и разбить в пьяном угаре пару десятков голов. Народ будет недоволен, и это мягко сказано, а недовольство народа - совсем не то, что нужно, если планируешь увести из города войска.
Примерно на этой мысли Флориан остановился, когда другая, куда более навязчивая, потребовала к себе внимания примерно с той же настойчивостью, с которой требовала чего-то женщина у дверей. Мысль о том, что ни одна уважающая себя леди во дворце не стала бы устраивать сцены перед гвардейцами. Ни одна, кроме... Нехорошая догадка заставила его направиться к двери мгновением раньше, чем король закончил говорить, и, распахнув ее, оказаться лицом к лицу с подтверждением худших своих опасений. И радость встречи, которую так старательно изобразила сестра, отнюдь не отразилась и на его лице.
- Бога ради, Риаль! - она несла что-то совершенно несусветное, как будто решила вдруг вывалить на брата все те пафосные речи, которые не успела высказать стражнику, и это не вызывало ничего, кроме глухого раздражения. - Что ты здесь делаешь?
Нет, он вовсе не хотел слышать ответ на этот вопрос, ему было неинтересно и хватало тысяч других, еще не заданных, но отчетливо повисших в горячем летнем воздухе. И вдобавок к тварям, флоту, колдунам и прочих проблемам, думать сейчас еще и о сестре, которая собиралась своими же руками сломать то немногое, что осталось еще от расположения к ней короля, казалось ему непозволительным расточительством собственных и так уже изрядно подточенных душевных сил.
- Твое место около сына! - Флориан понизил голос едва ли не до шепота. - Иди к ребенку и не смей спорить хотя бы сейчас!
"И не будь дурой хотя бы сейчас" все же удалось сдержать при себе, хотя Риаль вполне способна была прочесть это в его взгляде. Удивительно, но долгие годы раскаиваясь в том, что однажды он проявил слабость, женившись на Алиенор ради ее сияющих глаз и не менее блестящего родства, Веларион никогда не задумывался, что кому-то с женщинами повезло еще меньше. И теперь, развернувшись к сестре спиной и отвечая королю, он произнес, стараясь, не допустить в голос слишком уж явного сочувствия.
- Женщины слишком впечатлительны, сир. Миледи сочла своим долгом сообщить, что Единый подал знак, что молитвы ее об Иммерлане и Вашем Величестве услышаны. И теперь, - он обернулся через плечо сверля взглядом одного из гвардейцев, - она вернется в свои покои возблагодарить Всевышнего за ниспосланные испытания, вашу мудрость и его милосердие.
Пересказ, надо сказать, получился вольным, но, в конце концов, если Риаль и в самом деле унаследовала хоть немного семейного ума, она наверняка хотела сказать именно это, просто слегка растерялась.

+3

7

Королевский дворец Эйсгарта казался непривычно притихшим - придворные прятались в своих комнатах, прислуга старалась лишний раз не покидать своих хозяев или же притаиться в служебных помещениях, бурно обсуждая ужасные новости. Лишь стража честно несла свою службу, охраняя покой жителей Белого замка.
Первые признаки беды не заметил никто. Она будто туман прокралась через узкие оконные щели и под окованными дверьми. Беда скользила от одной тени к другой, не желая раньше времени объявлять о своем присутствии, но не способная укрыться от пронзительного кошачьего взгляда. Упитанный кот, что жил при кухне встретил ее в одном из коридоров и зашелся злобным шипением. Всегда мягкая рыжая шерсть поднялась дыбом на выгнутой дугой спине, но кот понимала, что этот противник не для него и потому когда почувствовал на себе насмешливый темный взгляд - скользнул в ближайшую комнату, вызвав недовольное ругательство прибиравшейся там горничной.
Незамеченная, она скользила из одного коридора в другой - медленно пробираясь к намеченной цели. Незваной гостье удавалось прятаться от совершавших обход стражников в укрытых тенях альковах или же вовремя сворачивать в одно из ответвлений богато украшенных коридоров. Раньше ей никогда не доводилось бывать в столь богатых дворцах, но провела немало времени изучая планы помещений.
Сегодняшняя ее вылазка должна была состояться лишь спустя месяц, но учитывая последние новости - упустить сегодняшний шанс было бы непростительной глупостью, а она славилась не за свою глупость.
Тень кралась, все ближе и ближе подбираясь к той части замка где находились покои королевской семьи. Она знала описание того, кто сегодня был ее целью - мальчик, с пронзительными синими глазами. Она смогла укрыться от всех встреченных обитателей дворца, но когда путь ее пролегал мимо покоев, что как она знала принадлежала королеве Маред - разминуться с выставленными здесь стражами не представлялось возможным. Некоторое время “гостья” наблюдала из тени, пытаясь найти способ отвлечь стражу - ведь обходного пути в данном случае уже не было - покои королевской любовницы и ее бастарда были в следующем крыле. Поморщившись, Тень все-таки решилась - затронув лишь ей одной видимые нити она накинула на стражников легкие чары. В первый момент ей показалось, что впервые магия не поддалась ей - на оберегающих покои королевы мужчин будто бы не ложилось плетение - соскальзывало. Гостья зло прищурилась и нашла то, что уж никак не ожидала увидеть в обители благочестивых королей Эйсгарта, - на стражниках были защитные чары, что не пропускали ее магию. Однако времени удивляться уже не было - раз где-то в замке были фиры, значит только что она чуть не совершила одну из самых главных ошибок, пробудив свой дар. Отцепив от пояса один из мешочков, гостья высыпала на ладонь небольшую горстку напоминающую серебряную пыльцу и вновь на мгновение коснувшись нитей сделала быстрый шаг из укрытия, одновременно сдувая парализующую пыльцу. За те несколько мгновений что понадобилось пыльце стражи успели не только заметить нарушительницу, но и схватившись за оружие сделать два шага в сторону девушки. Упавшие будто кули с мукой мужчины наделали досадно много шума, и проходя мимо Тень услышала взволнованные женские голоса и приближающиеся к дверям шаги со стороны покоев, которые охраняли мужчины, но это уже не было ее заботой - главное чтобы ее раньше времени не заметили.
Когда впереди показались заветные покои женщина вновь применила парализующий порошок, решив в этот раз не искушать судьбу. Обогнув оставшихся бесчувственными стражей, наемная убийца скользнула в покои, где застала заказанного ей мальчишку и всего одну женщину. Вот только получить магический удар от этой изнеженной придворной дамы и поднятый ее магией шум во всем дворце никак не вписывался в замыслы Тени.

***

-Мой король! - Риаль юркой нимфой скользнула мимо обернувшегося к королю брата, наградив Флориана лишь сверкающим блеском своих глаз и неуловимо изогнувшей пухлые губы усмешкой.
-Возлюбленный мой король, простите меня, что врываюсь вот так, но беспокойство за Вас и нашу страну оказалось сильнее меня! - Риаль намеренно игнорирует хмурые взгляды всех собравшихся, не открывая взгляда от Гаррета и с удовольствием отмечая беспокойство, скользнувшее на его лице.
Девушка уже готова произнести те слова, что безусловно вернут ей любовь короля. Она уверена в себе и своих силах, она уверена, что возможности лучше показать королю свою способность быть ему верной спутницей и опорой ей может уже и не представиться. Сегодняшнее несчастье было настоящим благословением Единого, что даровал ей возможность вновь лишить эту стерву Маред поддержки и внимания.
-Гаррет, прошу....
Слова не успевают сорваться с губ, когда весь дворец с самого утра будто бы притихший наполняется невыносимым звуком, сравнить который леди Веларион не может ни с чем другим. И все же она бледнеет как самое настоящее полотно, ведь однажды ее предупреждали о подобных чарах.
-Мой сын! - шепот Риаль не слышен, но стоявший так близко к ней король будто бы читает по ее губам и замешательство так ясно читается на его лице.
-Гаррет, наш сын в опасности! Отправь туда всех! - Риаль забывает о приличиях и хватает короля за одежду, смотря на него полными ужаса глазами и умоляя оставить все вопросы на другое время.
Замешательство сменяется недоверием, а после страхом и злостью. Повелительный голос короля начинает отдавать приказы, а Риаль чувствует как холод сковывает ее, не позволяя сделать больше и шагу.
-Это Бетани! Флориан, это ее сигнал о помощи! Спаси моего сына, Флориан! - Риаль все еще цепляется за короля, практически не чувствуя его сильных рук, что поддерживают ее не давая пошатнуться. Девушка смотрит на брата умоляющими глазами, вмиг растеряв всю свою напористость и силу. Если тетушка решилась на применение магии, значит опасность более чем серьезна.

0

8

То, что отговориться от Риаль так просто не удасться, было, в общем, очевидно. Сестра не была бы собой, если бы не шла к цели, наплевав на все преграды, как шла когда-то к тому положению, которое сейчас с таким упоением сама топтала своими изящными ножками. И теплящаяся еще в глубине души гордость за то, как расцвели в ней семейная смекалка и предприимчивость, потонули в волне раздражения, только малая часть которого была действительно адресована Риаль. Большая же предназначалась стражникам, оказавшимся совершенно бесполезными. В конце концов, кто, если не они, должны, несмотря на слезы и причитания, несмотря на угрозы, обмороки и черт знает что еще, на что способны женщины, выполнять свой долг и приказ короля. А приказ был совершенно однозначным: не впускать никого. Ну хорошо, сейчас перед ним Риаль, несмотря на гуляющие по дворцу слухи, совершенно безобидная, единственный вред от которой в том, что она отнимает у всех драгоценные минуты и последние крупицы терпения. Но вот интересно, что если им устроит истерику какая-нибудь трепетная леди, скрывающая в корсаже флакон с ядом, а среди пышных юбок - кинжал. Будут ли они столь же любезны, чтобы и ее пропустить во дворец, перетаптываясь за ее спиной с виноватыми взглядами и делая вид, что просто замешкались на пороге? Королевская, чтоб ее, гвардия, лучшие из лучших...
Уж сколько раз твердили миру: не стоит задавать вопросы, ответы на которые не готов услышать. Флориан только и успел, что бросить испепеляющий взгляд попеременно на каждого из гвардейцев и решить, что сегодня же устроит разнос их командующему, как оглушительный звук наполнил собой залы и коридоры замка. Он едва сдержал первый естественный порыв - зажать уши, а еще лучше - оказаться где-нибудь очень далеко, дальше от проклятого шума, от замка, от столицы, где-нибудь в благословенной Тенобии, а еще лучше - под парусами в открытом море. Но чуда, конечно, не произошло: стены не растворились в предрассветном тумане, пронзительный звук не превратился в чаячий крик, а Риаль не обернулась ундиной, готовой затянуть любого доверчивого моряка на дно, хотя, видит бог, когда Флориан понял, что она имеет в виду, он предпочел бы именно дно. Он не взялся бы сказать, что было хуже: то, что приставленная к племяннику родственница не брезговала магией, то, что сестре хватило ума признаться в этом во всеуслышание, или то, что ребенку грозила, скорее всего, ненадуманная опасность. А впрочем, было бы ложью сказать, что Флориан не знал, что хуже. Потому что он знал: многим хуже того, что мир рушился и династия в лице единственного королевского наследника стояла на краю пропасти  было то, что опасность, грозившая бастарду, находилась теперь не так далеко от его собственного нерожденного сына.
Король отдавал какие-то приказы, смысл которых едва доходил до Велариона, как и смысл просьбы, с которой к нему обращалась сестра. Да и не пытался он понять, промедлив лишь мгновение, сорвался с места, думая лишь о том, как сможет быстрее добраться до той части замка, где теперь под, как казалось раньше, надежной охраной оставалась жена. Только бы успеть. Флориан не думал ни о чем другом, даже о том, что сможет сделать он один, если гвардейцы были повержены, не сумев обеспечить должную безопасность. Он был не одним в длинных замковых коридорах. Придворные предпочитали не высовываться за крепкие двери, но и они не желали оставаться отрезанными от мира, так что слуг встречалось предостаточно. Правда, и они теперь не сновали мимо, а оставались там, где застал их оглушителный сигнал, как будто пытаясь вжаться в каменные стены и исчезнуть. Отвратительный звук выворачивал душу наизнанку, вытряхивая из нее любые мысли и чувства, освобождая больше и больше места лишь для все нарастающего страха.
За одним из поворотов целая группа женщин сгрудилась вокруг чего-то или кого-то, кого Флориан не мог разглядеть. До нужных комнат оставалось немного, и он бы прошел мимо, если бы какое-то шестое чувство едва ли не пинком не толкнуло бы его прямо к ним.
- Эйлинор?
Он забыл, что держит в руке меч, забыл, что может кого-то напугать, забыл обо всех мыслимых и немыслимых правилах этикета, и присутствие королевы со второй принцессой отметил лишь краем глаза и сознания, желая убедиться лишь одном.
- Эйлинор, ты в порядке?
Да, жена тоже была здесь  и выглядела вполне здоровой и бодрой, даже довольной жизнью, насколько это вообще было возможно в таких обстоятельствах. Уверившись в этом, Веларион наконец опомнился и поклонился остальным дамам.
- Ваше Величество  Ваше Высочество, миледи. Вам не следовало покидать комнат. Вам может грозить опасность.
Точнее, опасность грозила Гаррету, об этом, как и о том, кому эта опасность могла бы быть выгодной, Флориан тоже вспомнил лишь сейчас, поочередно переводя взгляд с одной женщины на другую. Что ж, во всяком случае, если это дело рук кого-нибудь из них, значит, Эйлинор в безопасности. Пока что.
- Я должен остановить это, - он неопределенно махнул рукой, повышая голос, чтобы пробиться сквозь назойливый звук, - но не могу оставить вас без охраны. Позвольте я провожу вас в покои и пришлю больше гвардейцев.

+3


Вы здесь » Kelmora: End of the era » The flames that shot so high » Единенье желаний [06.06.1246]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC